31 июля 1932 года НСДАП получила 37,3% голосов и 230 мест в рейхстаге, став крупнейшей партией Германии. Нацисты пришли к власти не вопреки существовавшему порядку, а через его институты — при поддержке крупного капитала, консервативных элит, государственного аппарата и тех, кто считал, что фашистов удастся использовать против рабочего движения.
Именно это происходило в Германии.
Именно это снова происходит в Европе и Америке.
Vox в Испании, партия Ле Пен во Франции, АдГ в Германии, «Конфедерация» в Польше и другие ультраправые силы превращают мигрантов, мусульман, евреев, ромов, ЛГБТ-людей, левых активистов и профсоюзных организаторов во «внутренних врагов». Они переводят социальную ярость с собственников заводов, банков, корпораций и жилья на людей, у которых нет ни капитала, ни политической власти.
Рабочему говорят, что его враг — мигрант, а не хозяин предприятия.
Бедному говорят, что его враг — беженец, а не банк и не рантье.
Человеку, лишённому будущего, предлагают ненавидеть меньшинства, чтобы он не спросил, кто присвоил результаты его труда.
Это и есть социальная функция фашизма: расколоть эксплуатируемых, уничтожить солидарность и направить насилие вниз, сохранив неприкосновенной власть капитала.
Одновременно обнаруживаются ультраправые сети в полиции, армии и спецслужбах, а государственная репрессивная машина направляется против тех, на кого указывают ультроправые.
Когда это происходило первый раз, у человечества тогда ещё не было опыта Холокоста и Второй мировой войны. Сегодня этот опыт есть. Поэтому ссылки на неведение больше невозможны.
Человечество не обязано предоставлять фашистам свободу уничтожить человечество, наоборот оно должно защитить себя.
Партии, которые организуют политическое насилие, создают расовую иерархию, готовят ликвидацию конституционного строя или используют выборы как дорогу к диктатуре, должны быть запрещены. Их лидеры, причастные к преступлениям, подготовке насилия и преследованию людей, должны быть арестованы и судимы.
После XX века бездействие перед организованным фашизмом уже невозможно оправдать неведением. Если европейские государства снова будут ждать, пока ультраправые получат достаточно власти, чтобы уничтожить своих противников, это будет не историческая ошибка. Это будет сознательное соучастие.
Бездействие перед организованным фашизмом — не нейтралитет. Это соучастие.
История уже вынесла предупреждение. Второго оправдания не будет.
